Команда Евгения Плющенко и Яны Рудковской в эти новогодние каникулы пошла по максимуму: вместо одного привычного шоу зрителям предложили сразу три крупные постановки. В конце декабря стартовала новая «Белоснежка», в первые дни января показали обновленного «Щелкунчика» с частично измененным составом, а с пятого числа вернули на лед «Спящую красавицу». Именно эта сказка сегодня вызывает наибольший интерес — и из‑за состава, и из‑за режиссуры, и из‑за драматичных моментов, случившихся прямо на льду.
«Спящая красавица» любопытна тем, что ее можно воспринимать сразу на двух уровнях. Если смотреть на спектакль глазами обычного зрителя, далеким от фигурного катания, это красивая, понятная, семейная история. Звучит бессмертная музыка Петра Чайковского, хорошо знакомый сюжет подан в яркой форме, а визуальная часть поставлена с особым размахом: роскошные костюмы, тщательно продуманная цветовая палитра, детали, позволяющие без труда распознавать персонажей даже с самых дальних рядов.
По оформлению видно, что в проект вложены серьезные средства и усилия. Костюмы не просто красивые — они функциональны и «подогнаны» под конкретных фигуристов, подчеркивают их пластику и помогают считывать характер героя. Свет, декорации, проекции — все работает на то, чтобы зритель не выпадал из сказки ни на секунду. Это тот редкий случай, когда ледовое шоу по уровню визуального исполнения не уступает крупным театральным мюзиклам.
Однако у первой московской премьеры на площадке Live Арена была и оборотная сторона. Сам зал изначально не приспособлен под ледовые постановки: ледяная площадка здесь заметно меньше стандартной арены, а качество покрытия оставляет желать лучшего. Для любителей спорта это сразу объясняет, почему ультрасложные элементы в таких условиях даются непросто: не хватает разгона, непривычное скольжение, иной характер льда.
Отсюда — частые срывы прыжков: фигуристы тянулись к ультра-си, но нередко получались «бабочки» вместо заявленных элементов. Но самым тревожным моментом вечера стал эпизод с Анной Щербаковой. Во время групповой поддержки с участием команды по синхронному катанию олимпийская чемпионка сорвалась с высоты примерно двух метров и с силой упала на лед. В этом эпизоде пострадала и другая участница поддержки — зрительный зал замер.
После шоу Яна Рудковская дала развернутое объяснение произошедшему. По ее словам, ошибку допустили синхронистки, которые не совсем верно взяли Щербакову в поддержку. Ситуацию осложнило и то, что Анна буквально только что выступала на другой площадке — на ВТБ Арене, где лёд гораздо больше, а условия привычнее для фигуристов высокого уровня. Переход на маленький переносной каток потребовал мгновенной адаптации к другому разгону, другим траекториям и иному качеству льда, и не все с этим справились с первого раза.
Рудковская отметила, что в этот вечер трудности были не только у Щербаковой: многие артисты сталкивались с непривычными ощущениями, что приводило к неточностям, помаркам и срывам. При этом она выразила уверенность, что уже в следующих показах коллектив адаптируется к площадке, и подобные инциденты будут исключением. Для профессионалов катка такие нюансы — рабочий риск, но зрительские эмоции от падения с двухметровой высоты все равно остаются очень острыми.
Несмотря на заминку, спектакль в целом можно назвать удачным. По режиссуре виден явный прогресс по сравнению с ранними постановками команды Плющенко: сцены выстроены логичнее, динамика выдержана лучше, а кордебалет работает удивительно слаженно даже в стесненных условиях арены. Схватки и массовые эпизоды поставлены так, что не теряется ни рисунок на льду, ни драматизм происходящего.
Одно из ключевых изменений — снижение доли «чистой» театрализации и пантомимы в пользу хореографии. Если раньше некоторые сцены разваливались из‑за избыточного переигрывания и попыток пересказать сюжет руками и мимикой, то теперь акцент смещен на пластику и катание. Музыкальные акценты лучше собраны с движением, связки стали интереснее, а хореографические решения — глубже и чище, без лишнего шума.
В финале особый восторг у публики вызвал сольный номер Евгения Плющенко. Он не был связан с сюжетом «Спящей красавицы», но стал эффектной точкой спектакля. Для многих это своего рода знак: несмотря на роль режиссера, постановщика и руководителя школы, Плющенко по‑прежнему способен выходить на лед и давать номер, который собирает аплодисменты не по инерции, а по делу.
Отдельный пласт восприятия шоу открывается для тех, кто глубоко погружен в фигурное катание и следит за карьерой спортсменов. «Спящая красавица» становится не только сказкой, но и своеобразной аллюзией на текущие расклады в мире фигурного катания. В одном спектакле собраны звезды разных поколений, и каждое их появление на льду окрашено биографическим контекстом.
Роли Короля и Королевы исполняют Евгений Плющенко и Евгения Медведева. Для болельщиков это особенно символично: два человека, во многом определявшие лицо российского фигурного катания в разные годы, встречаются в одной постановке как равные партнеры по сцене. У Медведевой формально второстепенная роль, но она не растворяется в массовке: у нее есть отдельное соло и несколько ярких выходов, где она демонстрирует узнаваемую пластику и артистизм.
Остро и по‑спортивному напряженно смотрится линия противостояния героинь Анны Щербаковой и Александры Игнатовой (Трусовой). По сюжету они — антагонисты, и их совместный номер становится одной из кульминаций шоу. Здесь важна не только техника, но и характер: девушки предельно точно передают конфликт, играют эмоции телом, а не только лицом. В таких сценах видно, как бывшие конкурентки по спорту превращаются в партнеров по сцене — и это отдельный интерес для зала.
Дмитрию Алиеву досталась скромная по хронометражу роль, но его сложно не заметить. Он остается верен себе: фирменное сальто, мощное скольжение, насыщенное катание, которое притягивает взгляд даже в многолюдных сценах. В подобных шоу Алиев словно доказывает: даже если у персонажа не прописана развернутая сюжетная линия, можно «вытащить» внимание зрителя чистым качеством исполнения.
Особый интерес у публики вызывало появление Елены Костылевой. Формально она уже не связана с академией Плющенко и тренируется у другого специалиста, но в «Спящей красавице» не просто сохранила место, а осталась в статусе главной героини. Для юной фигуристки это серьезное признание: не каждый юниор после смены школы остается ключевым лицом крупного коммерческого проекта.
Костылева откатала свои выходы без видимых срывов, уверенно, с хорошей эмоциональной отдачей. Ее взаимодействия с Александром Плющенко в нынешних условиях смотрятся особенно пристально: зрители невольно считывают под текстом и спортивную, и «закулисную» линию. При этом во время представления артистов Яна Рудковская подчеркнуто тепло высказалась о Лене, отметила сложность ее элементов и ни словом не дала понять, что та больше не относится к команде «Ангелов Плющенко». Для внимательного зрителя это тоже сигнал — шоу здесь стоит выше любых кадровых перетасовок.
Такое решение — сохранить за Костылевой главную партию, несмотря на смену школы, — показывает, что коммерческие ледовые проекты начинают мыслить более профессионально. Если фигурист подходит по типажу, справляется с нагрузкой и нравится публике, его не вычеркивают автоматически только потому, что он тренируется в другом месте. Это постепенно меняет и отношение самих спортсменов к шоу: они начинают воспринимать их как отдельное направление карьеры, а не только как «приложение» к соревновательному сезону.
«Спящая красавица» выгодно выделяется еще и тем, что ее одинаково комфортно смотреть двум разным аудиториям. Зритель, который просто ищет красивый новогодний спектакль для семьи, получает цельную сказку с понятной моралью, узнаваемой музыкой и большим количеством зрелищных номеров. Поклонник фигурного катания, знающий биографии участников, их переходы между школами, травмы и победы, считывает в сценах дополнительные смыслы и подтексты.
Важно и то, что подобные постановки постепенно формируют у широкой публики вкус к качественному фигурному катанию. На фоне яркого костюма и сказочной декорации зритель начинает различать, где действительно сложный элемент, а где — красивый, но упрощенный трюк. Когда на лед выходят такие имена, как Щербакова, Трусова, Медведева, Алиев, планка ожиданий растет, и создателям приходится подтягивать и хореографию, и техническую начинку номеров.
Интересна и эволюция самого жанра ледовых шоу. Если раньше подобные проекты часто строились вокруг хаотичного набора номеров под популярную музыку, то «Спящая красавица» демонстрирует другой подход: здесь есть цельная драматургия, продуманное распределение ролей и попытка выстроить полноценный спектакль на льду. Для российских реалий это важный шаг — от разрозненных галаконцертов к настоящему ледовому театру.
Отдельно стоит отметить работу массовых сцен и кордебалета. В стесненных условиях небольшой арены выстроить аккуратный, читаемый рисунок на льду — непростая задача. Тем не менее постановщикам удалось избежать хаоса: актеры не мешают друг другу, линии формируются четко, а каждый массовый эпизод выглядит завершенным и функциональным, а не просто заполняющим паузу.
При всей зрелищности шоу не избавлено от рисков — тот же эпизод с падением Щербаковой напоминает, насколько сложным и опасным может быть «развлечение» на льду. Поддержки на высоте, вращения с выносом тела, прыжки в ограниченном пространстве — все это требует высочайшей концентрации и сыгранности команд. Зрителю такие моменты часто кажутся легкими и естественными, но за этой кажущейся легкостью стоит огромный объем подготовки, и любой сбой мгновенно становится заметен.
В итоге «Спящая красавица» Плющенко — это продукт, который уверенно занимает свое место на рынке ледовых шоу. Он выдерживает сравнение и с классическими балетными постановками по Чайковскому, и с современными мюзиклами, предлагая свой формат — синтез спорта, театра и большого зрелища. Для одних это будет просто красивая новогодняя сказка, для других — повод обсудить нынешнее состояние российского фигурного катания, его звезд и тренды.
И, возможно, главное достоинство этой постановки в том, что она не распадается на отдельные трюки ради аплодисментов. Здесь есть структура, развитие, кульминации и финальная точка, когда зал встает не только ради имен на афише, но и потому, что на их глазах раз за разом рождается законченная история — со своими драмами, рисками, падениями и победами на льду.