«Я живу лучшую жизнь». Как Анастасия Томшина вернулась в биатлон после декрета и почему считает материнство своим главным ресурсом
В мае 2025 года биатлонистка Анастасия Томшина стала мамой — у нее родилась дочь. Спустя совсем немного времени после родов спортсменка начала по шагам возвращаться к тренировкам и в итоге за один сезон не только снова закрепилась среди лидеров, но и впервые в карьере стала чемпионкой России. При этом сама Анастасия уверена: ее история — не про «волшебные гормоны», а про осознанный труд, планирование и веру в себя.
О первом сезоне после декрета, том, как изменилась ее жизнь и отношение к спорту, а также о материнстве и семье Анастасия рассказала в разговоре с корреспондентом Sport24 Викторией Дмитриевой.
***
— В 2022 году ты говорила, что не чувствуешь особого внимания, потому что у тебя пока нет больших титулов. Как ощущается отношение к тебе сейчас, в 2026-м?
— На самом деле я до сих пор не чувствую какого-то повышенного интереса. Для меня этот сезон после возвращения из декрета был очень сумбурным, местами даже рваным. Если смотреть глобально, все сложилось отлично, но я по характеру максималист. Внутри меня есть четкая планка — где-то на уровне олимпийской медали и борьбы за Кубок мира. Чемпионат России и внутренние старты — это, грубо говоря, середина пути. Да, я проделала огромный объем качественной работы, где-то мне повезло, особенно в тех гонках, где удалось завоевать медали. Но я не считаю это вершиной. Это этап.
— Насколько ты изменилась как спортсменка и как человек между 2022-м и 2026-м?
— Это вообще два разных человека. Тогда я была во многом «командной единицей», сейчас — самостоятельный, осознанный спортсмен. За эти годы у меня накопился такой багаж знаний, который позволяет тренироваться по индивидуальному плану: подстраивать график, нагрузку, восстановление под себя. Я очень четко понимаю, что мне подходит, а что нет, и не боюсь это использовать. В сборной не всегда получалось учитывать индивидуальные особенности, все-таки там есть общий шаблон. Теперь у меня гораздо больше пространства для роста. И на стартах я стала действовать иначе — спокойнее, расчетливее, увереннее, чем раньше.
— За последние годы в твоей жизни изменилось практически все: семейный статус, распорядок, ответственность. Единственное постоянное — биатлон. Тебя устраивает, как сейчас складывается карьера?
— По ощущениям, у меня в жизни все складывается очень вовремя. И беременность, и сам период ожидания ребенка, и выход из него — все оказалось в правильный момент. Я часто думаю, насколько мне повезло, что удалось не сорваться ни в одну крайность. Сейчас могу честно сказать: даже в отсутствии международных стартов я чувствую внутреннее удовлетворение. У меня есть любимое дело, семья, ребенок, и между этим не стоит знак «или». Я живу ту жизнь, которую хотела.
— В сезоне-2025/26 ты вернулась после паузы, связанной с рождением дочери. Существует мнение, что многие спортсменки после родов становятся сильнее — приводят даже целые подборки примеров. Ты ощутила на себе эти «волшебные свойства»?
— Меня прямо раздражает, когда всю историю сводят к фразе: «Ну тебе сейчас просто повезло, гормоны помогают». Это очень обесценивает реальную работу. Практически никто не спрашивает, как строился процесс подготовки, что я делала все девять месяцев беременности, как проходило восстановление. В моей истории масса индивидуальных нюансов: форма, в которой я забеременела, характер нагрузок во время беременности, контроль за состоянием здоровья, постепенное возвращение к тренировкам.
Да, я безумно благодарна своему организму. Он выдержал все: и плюс 15 килограммов, и увеличенный объем крови, и нагрузку. Я до последнего каталась на лыжах с хорошей координацией, с рабочим пульсом в районе 140. Но это не «магия гормонов». Это дисциплина, план и постоянный труд в рамках того, что разрешали врачи. Я вернулась без серьезных проблем, и с самого начала чувствовала: со мной все в порядке, я в ресурсе. Общалась с многими девочками, которые тоже стали мамами — и понимала, насколько по-разному все может проходить. Поэтому никакой универсальной формулы «родила — стала сильнее» не существует. Есть огромная подготовительная работа.
— В прошедшем сезоне ты брала медали практически на всех стартах, а на чемпионате России впервые стала победительницей. Среди этого набора наград есть какая-то особенная, самая ценная?
— Нет, выделить отдельную медаль не могу. Ни один старт не был для меня «гвоздем сезона» или гонкой, к которой я готовилась как к последнему шансу. Главной задачей было вернуть свои соревновательные кондиции и почувствовать то самое состояние, когда ты в форме, контролируешь ход, стрельбу и голову. Это ощущение мне удалось вернуть, и это для меня важнее любого конкретного результата. А медали воспринимаю как приятный бонус, подтверждение того, что мы с тренерами и семьей движемся в правильном направлении.
— На чемпионате России в гонке преследования тебя дисквалифицировали из-за инцидента на стрельбище: Анастасия Шевченко стреляла по твоей установке, а ты не разрядила обойму. Это можно назвать самым неприятным эпизодом сезона?
— Если честно, я уже даже не вспоминаю об этом. Тогда я просто получила урок. Я действительно не до конца сориентировалась по правилам. Мне казалось, что я подстраховалась, когда вставила обойму обратно в магазин, но выяснилось, что по регламенту этого недостаточно. Нужно было поднять руку и полностью передать ситуацию судьям — дальше это их зона ответственности. В тот день, на мой взгляд, не был до конца прав никто. Но я не подавала апелляцию, не ходила разбираться. Считаю, что и судьи сделали для себя выводы. Никакой злости или обиды у меня нет — спортивные курьезы случаются.
Куда болезненнее для меня были не дисквалификации, а болезни. Я раз пять за сезон выпадала из тренировочного процесса. Очень тяжело просыпаться в день гонки и понимать, что на старт ты не выйдешь не потому, что не готов, а потому что организм сказал «стоп». Возможно, это единственный реальный минус возвращения после родов в моем случае: иммунитет какое-то время был более уязвим, плюс общий график стартов — очень плотный. Нашим внутренним соревнованиям, на мой взгляд, стоит чуть ближе подойти к логике календаря Кубка мира: меньше стартов, но выше качество, больше времени на восстановление.
***
— Как тебе в новой роли — роли мамы?
— Я была внутренне готова к появлению ребенка. Не было ощущения, что жизнь внезапно перевернулась. Я заранее читала много специализированной литературы, разбиралась в теме сна, грудного вскармливания, режима дня, пыталась понять, как создать для ребенка максимально спокойную среду, несмотря на мой спортивный образ жизни. Сложности в основном были организационные: перелеты, сборы, сборы вещей, поиск людей, которым можно доверить ребенка, когда я на тренировке. Но постепенно мы с семьей выстроили свою систему — и стало гораздо легче.
Мне, наверное, даже в чем-то проще, чем многим мамам, которые полностью уходят в декрет и посвящают себя только дому и ребенку. У меня всегда есть переключение: тренировка, старт, подготовка, и это дает эмоциональный баланс. Я приезжаю домой уставшей физически, но при этом с другим настроением, с ощущением, что реализовала себя не только как мама, но и как спортсменка. Это помогает не выгорать.
— Как вы с Василием (биатлонист Василий Томшин — супруг Анастасии) распределяете обязанности по дому и воспитанию?
— Тут, честно, мне очень повезло. У нас с Васей изначально была договоренность, что ребенок — это наш общий проект, а не только «зона ответственности мамы». Он реально включен во все процессы — от купания и укладывания спать до прогулок и игр. Плюс большую роль играет помощь бабушек. Когда я на сборе, мы выстраиваем такой график, чтобы у дочери всегда рядом был свой взрослый — либо папа, либо бабушка. Конечно, скучаю, когда уезжаю на две-три недели, но мы постоянно на связи, и это помогает держать связь с ребенком.
— Что изменилось в твоем отношении к биатлону с появлением дочери?
— Я стала спокойнее. Раньше любая неудачная гонка могла выбить из колеи на несколько дней: анализ, самокопание, переживания. Теперь я финиширую, делаю выводы — и еду домой, где меня ждет человек, для которого вообще не важно, на каком месте я пришла. Это сильно отрезвляет и расставляет приоритеты. Появляется здоровая дистанция: биатлон — это важная часть жизни, но не вся жизнь.
Парадоксально, но именно с материнством пришло ощущение, что я живу «лучшую жизнь». Я не пытаюсь доказать всем вокруг, что чего-то стою. Я знаю, ради чего работаю, и для кого хочу быть примером. Хочется, чтобы дочь видела в маме не только человека, который готовит кашу и читает книжки, но и того, кто умеет ставить цели и добиваться своего.
— Ты говорила, что сейчас тренируешься по индивидуальному плану. Как выглядит твой обычный день между сборами и стартами?
— Это всегда компромисс. Условно, раньше мой день мог быть полностью подчинен тренировкам: сон, завтрак, первая тренировка, обед, отдых, вторая тренировка, восстановительные процедуры. Сейчас между этими блоками всегда есть время «быть мамой»: погулять с дочкой, поиграть, отвезти к врачу, если нужно, уложить на дневной сон. Приходится гораздо тоньше планировать нагрузки: где-то я сокращаю продолжительность тренировки, но повышаю ее интенсивность, где-то, наоборот, делаю упор на технику и стрельбу, чтобы не загонять организм.
Очень выручает то, что я перестала бояться слушать себя. Если чувствую, что сильно устала, лучше сделаю час качественной работы, чем два с половиной часа «для галочки», которые потом отзовутся простудой. До беременности я могла через это переступать, теперь — нет.
— Можешь описать, в чем именно ты стала сильнее после становления мамой — если не в физиологии, то в психологии?
— Во-первых, появилась устойчивость. Многие вещи, которые раньше казались катастрофой, теперь воспринимаются спокойно. Ошибка на рубеже — это всего лишь ошибка, а не драма жизни. Во-вторых, усилилась мотивация: я точно знаю, ради чего встаю утром и иду на тренировку. Хочется показать дочери, что мама не сдалась, не поставила крест на себе, а смогла совместить и спорт, и семью.
И еще я стала более гибкой. Материнство учит подстраиваться: ребенок не живет по идеальному плану, и ты тоже учишься быть живой, а не «по методичке». Это очень помогает на соревнованиях, где постоянно что-то идет не так, как задумано: ветер, трасса, самочувствие. Раньше я могла растеряться, сейчас быстрее нахожу решения.
— Если бы к тебе пришла юная спортсменка и спросила: стоит ли заводить ребенка в разгар карьеры, что бы ты ответила?
— Я бы, наверное, не давала универсальных советов. Это слишком личный выбор. Но точно сказала бы: если ты чувствуешь, что хочешь ребенка, не стоит откладывать только из страха потерять форму или карьеру. Все решаемо, если есть поддержка семьи, грамотные специалисты и готовность работать. Важно не строить иллюзий: будет тяжело, будут бессонные ночи, будут сомнения. Но взамен ты получаешь огромный внутренний ресурс — совсем другой взгляд на жизнь и спорт.
Со стороны может показаться, что я «супергерой»: родила и быстро вернулась. На самом деле за этим стоит длинный путь подготовки, внимательное отношение к здоровью и, главное, окружение, которое верило, что у меня получится. Если ты готова к этому пути и понимаешь, что ребенок — это не пауза, а новая глава, тогда и спорт, и материнство могут сосуществовать и даже усиливать друг друга.
— О чем ты сейчас мечтаешь как спортсменка и как мама?
— Как спортсменка — я по-прежнему держу в голове большие старты. Может, когда-нибудь у меня появится шанс реализовать себя и на международной арене. Я продолжаю работать так, будто этот шанс может возникнуть в любой момент. Как мама — мечтаю, чтобы дочь росла здоровой и счастливой, чтобы у нее было ощущение, что мир открыт и возможностей много. Если однажды она захочет встать на лыжи — я буду рядом. Если выберет совсем другой путь — тоже буду рядом.
Главное сейчас — сохранять баланс. Я понимаю, что уже живу очень наполненной жизнью. У меня есть любимый человек, ребенок, дело, в которое я вкладываюсь на сто процентов. И это ощущение, что ты действительно живешь «лучшую жизнь», стоит всех усилий, бессонных ночей и тяжелых тренировок.