Главные болельщики Аделии Петросян - о том, как родился фанатский движ, что они делают ради фигуристки и как поддерживали ее на Олимпиаде
***
Фигурное катание в России давно перестало быть просто видом спорта - вокруг ведущих спортсменов вырастают целые фанатские миры. У трехкратной чемпионки страны и участницы Олимпийских игр‑2026 Аделии Петросян - именно такой фандом. Его ядро составляют несколько людей, которые не просто смотрят соревнования, а годами выстраивают систему поддержки, придумывают акции, оформляют трибуны и буквально подстраивают жизнь под расписание турниров.
Надежда, Александра и Дарья - администраторы крупной группы болельщиков Аделии. Они рассказали, как влюбились в фигурное катание, почему выбрали именно Петросян, что пришлось пережить ради поддержки на Олимпиадах в Пекине и Милане, и с какими сложностями неизбежно сталкивается любой фанатский коллектив.
***
Кто они - люди, стоящие за фанатским движением
Дарья:
Я из Казани. Совсем недавно закончила школу и сейчас поступаю на журналистику. С четырех лет живу танцами - уже 14 лет занимаюсь профессионально, в основном эстрадным направлением. Параллельно у нас всегда был классический экзерсис, современная хореография и другие стили - это помогло по‑другому смотреть и на фигурное катание: я вижу в нем не только элементы, но и пластику, хореографию, музыкальность.
Планирую поступать в московскую Высшую школу экономики, но если не получится пробиться на бюджет, останусь в Казани. Еще подала документы в РУДН - это запасной вариант, но мечтаю все же о НИУ ВШЭ. Других серьезных хобби у меня сейчас, по сути, нет: танцы и организация фан-группы забирают все свободное время. Если я не на тренировке, значит, сижу за макетами, контентом, организацией выездов или общением с другими болельщиками.
Надежда:
Живу в Санкт‑Петербурге. Основная работа связана с переводами, а еще подрабатываю репетитором. Время, которое остается после работы, уходит в основном на спорт - точнее, на его просмотр. Больше всего люблю фигурное катание, чуть меньше - теннис. В теннис меня, скорее, втянула близкая подруга: она следит за ATP и WTA, я - за турнирами по фигурному катанию. Мы постоянно обмениваемся новостями, обсуждаем результаты, делимся эмоциями.
В детстве я немножко сама занималась фигурным катанием. Родители поставили меня на коньки почти сразу, как только появилась возможность: папа в юности играл в хоккей, мама обожала смотреть программы фигуристов. Мама вообще человек старой школы - она до сих пор с трудом принимает новые правила, костюмы, тенденции, но наше общее детство прошло на катке. Потом я все бросила, как это часто бывает. Вернулась на лед уже во время ковида - других развлечений почти не было, а каток в нашем районе работал. Я стала выходить туда по три раза в неделю и в какой‑то момент поняла, что просто кататься по кругу мне мало. В 2022 году начала брать тренировки.
Сейчас временно пришлось полностью отложить занятия - не хватает ни времени, ни сил. Но коньки стоят на видном месте, и каждый раз, когда я на них смотрю, возникает желание вернуться на лед. Нет ничего похожего на то ощущение, когда ты вдруг понимаешь: элемент, который казался невозможным, у тебя получается, и лед под коньками буквально "поет".
Александра:
Я из Москвы, учусь в МГПУ на учителя истории и обществознания. Сейчас мой главный "хобби-проект" - это как раз фанатское движение. До этого у меня был совсем другой творческий период: занималась изготовлением свечей. В какой‑то момент дошло до того, что открыла маленький магазинчик - делала свечи, вдохновленные фигурным катанием: с отсылками к программам, костюмам, элементам. Людям это нравилось, но с началом одиннадцатого класса стало ясно, что совмещать учебу, ЕГЭ и свой мини‑бизнес невозможно - пришлось закрыть дело.
В детстве я долго крутилась вокруг спорта: до пятого класса серьезно занималась танцами, потом переключилась на плавание. Даже была близка к тому, чтобы выполнить третий юношеский разряд, но обстоятельства сложились так, что я ушла из секции. После этого в моей жизни долгое время не было ни тренировок, ни спорта как части рутины - только как зритель. Зато теперь я компенсирую это своей вовлеченностью в боление.
***
Как в их жизни появилось фигурное катание
Дарья:
В мой мир фигурное катание ворвалось неожиданно. В 2018 году мы ехали с папой в машине, по радио обсуждали Олимпиаду, дуэль Евгении Медведевой и Алины Загитовой. Я тогда совсем не разбиралась ни в элементах, ни в правилах, но история противостояния зацепила настолько, что я стала искать записи, пересматривать прокаты. Втянулась постепенно, без фанатизма.
Серьезно следить за фигурным катанием начала уже после Олимпиады 2022 года. Меня потянуло смотреть не только международные старты, но и российские турниры, шоу, особенно те, что проводились в Казани. Я стала ходить на соревнования вживую: после телевизионной картинки ты по‑другому воспринимаешь скорость, эмоции, атмосферу на арене. Тогда же стала замечать Аделию, сначала как перспективную спортсменку, а потом - как человека, за которым хочется следить.
Надежда:
Фигурное катание всегда где‑то фоном присутствовало. Я прекрасно помню Олимпиаду в Сочи, потом Игры‑2018: Липницкую, Плющенко, Загитову, Медведеву. Но это было примерно на уровне "знаю, кто это, могу отличить один прокат от другого" - без глубокого погружения. Да, я смотрела произвольные программы, переживала, но не отслеживала каждую деталь сезона.
Все резко изменилось в 2022 году. Олимпиада в Пекине - это был эмоциональный взрыв. Наши девочки постоянно были в новостях, и за этим было невозможно не следить. Но парадокс в том, что настоящий, осознанный интерес возник уже после Игр, когда начались санкции, отстранения и ограничения для российских спортсменов. Мне стало казаться, что они остались как будто в вакууме, и захотелось хотя бы морально быть на их стороне - смотреть каждый старт, поддерживать, рассказывать о них друзьям.
У меня не было одного-единственного кумира - меня скорее завораживало сочетание силы и хрупкости этого вида спорта. Я внимательно следила за Александрой Трусовой, Камилой Валиевой, но не сказать, чтобы именно кто‑то из них сразу стал для меня "тем самым" спортсменом. Интерес был к фигурному катанию как к системе: хотелось понять, как все устроено изнутри.
Александра:
Мой отсчет начался тоже в 2022 году - буквально накануне командного турнира Олимпиады в Пекине. В ленте тиктока стали активно появляться ролики с нашими девочками. До этого я могла разве что по телевизору мельком увидеть фигуристов, но не выделяла их в отдельную страсть. Алгоритмы подсовывали нарезки прокатов, интервью, моменты с тренировок - и однажды я осознала, что провела за этим полвечера.
Особенно меня поразила Камила Валиева. Ее катание казалось нереальным: технически сложным и в то же время сказочным. На протяжении Олимпиады я буквально жила ее выступлениями, переживала каждую новость, каждый поворот истории. До дисквалификации именно она была моим главным ориентиром в фигурном катании, человеком, через которого я вообще вошла в этот мир.
***
Почему именно Аделия Петросян
Со временем у всех троих внимание переключилось на новую героиню - Аделию Петросян. Это произошло не за один день: сначала они просто отметили ее как яркую спортсменку в общей массе российских фигуристок, потом начали ждать ее прокаты, а дальше уже не могли представить соревнования без слежки за ее результатами.
Дарья:
Впервые я заметила Аделию на одном из российских стартов: ее программа выделялась не только прыжками, но и характером. Мне тогда показалось, что в ней есть что‑то от современного танца - та же резкость, точность акцентов, работа с ритмом. Как человек, который 14 лет танцует, я очень чутко реагирую на такие вещи. Сначала это было просто: "О, вот девочка, за которой интересно наблюдать". А потом внезапно поймала себя на том, что жду именно ее выхода, ищу ее фамилию в старт‑листах.
Надежда:
Аделия появилась в моей картине мира не как "громкая звезда", а как человек, который шаг за шагом идет вперед, без лишнего шума. Мне понравилось это сочетание - спокойствие, собранность, но при этом бешеная внутренняя энергия в прокатах. Она не стремится постоянно быть в центре скандалов, в заголовках, и от этого еще больше хочется ее поддерживать. Это очень по‑русски: болеть за того, кто много работает и мало говорит.
Александра:
Для меня переход к болению за Аделию был очень эмоциональным. После всех событий вокруг Олимпиады я устала от ощущения, что фигурное катание - это сплошные драмы и расследования. В Аделии я увидела возможность снова смотреть на спорт через призму собственно спорта: программы, элементы, прогресс. Плюс она ровесница многих моих знакомых, ее путь как‑то внутренне близок: ты понимаешь, какого масштаба труд стоит за каждым ее сезоном.
***
Как родилось фанатское сообщество и что стоит за красивыми баннерами
Изнутри фанатский движ кажется чем‑то легким: красивые фотографии, плакаты на трибунах, цветы и подарки спортсмену. Но за этим стоит огромный объем невидимой работы - от переговоров с организаторами турниров до решения бытовых вопросов, вроде "где взять принтер, который не подведет за ночь до вылета".
Дарья:
Изначально не было глобального плана "создать главный фан‑движ страны". Мы просто хотели, чтобы у Аделии были организованные болельщики: чтобы на трибунах было видно, что ее поддерживают, чтобы ей было приятно выходить на лед. Начали с малого - обсуждений между собой, идей по баннерам, пробных дизайнов. Потом поняли, что этого мало, и нужно объединять больше людей.
В какой‑то момент мы сделали первый большой прозрач, договорились, кто и куда его привезет, кто повесит, кто будет следить, чтобы его не сняли. Это было страшно и волнительно одновременно. Но когда ты впервые видишь, как спортсменка выходит на лед, а на трибуне висит баннер с ее именем, ты понимаешь: все бессонные ночи стоили того.
Надежда:
Организация внутри фан‑движения - это почти как отдельная работа. Нужно распределять обязанности: кто отвечает за визуал, кто за тексты, кто за координацию болельщиков в разных городах. Надо учитывать расписания стартов, дедлайны по аккредитациям, правила арен. Иногда приходится идти на компромиссы: отказываться от каких‑то идей, потому что они не вписываются в регламент турнира или требуют слишком больших затрат.
При этом мы все делаем это в свободное от основной учебы и работы время. Никто не получает за это деньги. Максимум - моральное удовлетворение и осознание, что ты сделал что‑то важное для спортсмена, которого уважаешь.
Александра:
Иногда люди думают: "Ну подумаешь, повесили пару флагов". На практике каждый выезд - это небольшая операция. Надо купить материалы, распланировать дорогу, продумать, как пронести атрибутику, где ее хранить, как быстро развернуть и свернуть. Плюс ко всему - постоянные договоренности друг с другом: кто точно сможет поехать, кто останется в онлайне и будет вести освещение соревнований, кто будет собирать отзывы и фото для последующих публикаций.
***
Поддержка на Олимпиаде: Пекин, Милан и цена фанатской преданности
Особая глава в истории фандома - Олимпийские игры. Даже если ты не можешь физически оказаться на арене, все равно перестраиваешь под расписание Олимпиады работу, учебу, сон, личную жизнь. А если удается организовать выезд - это уже другой уровень самопожертвования.
Дарья:
Когда стало ясно, что Аделия едет на Олимпиаду, мы восприняли это как вызов для всего нашего движения. Мы понимали, что это шанс показать, что за ней стоит мощная поддержка, и что ей нужно чувствовать себя не одинокой фигуристкой на чужом льду, а человеком, за которым - целая команда болельщиков.
Мы долго просчитывали варианты: кто может поехать, кому позволят отпустить с работы или учебы, сколько это будет стоить, где можно сэкономить, как совместить перелеты, проживание и логистику с атрибутикой. Многие в итоге поддерживали дистанционно, но даже те, кто не оказался в Пекине или Милане, жили по расписанию стартов. Ночью - прямые эфиры, утром - недосып и кофе, зато ощущение полной включенности.
Надежда:
Поддержка на Олимпиаде - это не только присутствие на трибуне. Это еще и создание той самой "волны", которая идет через соцсети, через обсуждения, через посты. Наша задача была - сделать так, чтобы в любой момент, открыв новости или ленту, человек видел: за Аделией стоит целое сообщество. Мы собирали архивы фотографий, делали аналитические тексты, объясняли новичкам, чем ее катание отличается, почему ее выступление - это событие.
Конечно, были моменты эмоционального выгорания. Ты выжимаешь из себя все, параллельно решая личные задачи - никто не отменял дедлайны, работу, сессии. Но каждый раз, когда Аделия выходила на лед, все это отодвигалось на второй план.
Александра:
Самое сложное - жить в режиме постоянного ожидания. Пока спортсмен готовится к старту, ты не можешь ни на что серьезно отвлечься: мысли все равно возвращаются туда - к прокату, к оценкам, к возможным раскладам. Олимпиада усиливает это в разы. Но при этом именно такие моменты объединяют фандом сильнее всего. Люди, которые раньше лишь переписывались, вдруг оказываются рядом - в фан‑зоне, в поездке, у экрана в одной квартире. И ты понимаешь, что это уже не просто "сообщество в интернете", а настоящая команда.
***
С какими трудностями сталкиваются фан‑движения
За внешней красивой картинкой всегда стоят проблемы, о которых мало кто задумывается. Фандом - это не только баннеры и аплодисменты, но и конфликты, усталость, вопросы ответственности.
Дарья:
Главная проблема - выгорание. Когда ты несколько сезонов подряд живешь по календарю стартов, пытаешься успеть все - и учебу, и организацию поддержки, и личную жизнь - в какой‑то момент тебе просто хочется лечь и ничего не делать. Но ты не можешь, потому что люди уже привыкли, что есть определенный уровень активности: посты, фото, разборы. И ты сам от себя этого ждешь.
Еще один сложный момент - критика. Всегда найдутся те, кому не нравится, как оформлен баннер, какой текст написан, почему акцент сделали на одном, а не на другом. Важно учиться не воспринимать это как личную атаку, но в реальности это получается не всегда.
Надежда:
Есть и организационные сложности. Любое сообщество - это люди с разными характерами. Нужно договариваться, искать компромиссы, иногда - отступать от собственных идей ради общего дела. Бывает, что кто‑то берет на себя больше, кто‑то меньше, и это вызывает напряжение. Мы стараемся обсуждать все открыто, но все равно время от времени возникают стрессы, которые видят только те, кто внутри.
Отдельная тема - отношение к фандомам со стороны окружающих. Кто‑то считает, что это "несерьезно", "детство", "пустая трата времени". А ты понимаешь, сколько сил, навыков, знаний в это вкладываешь: дизайн, организация, коммуникации, иногда даже элементарный менеджмент. Очень помогает, когда сам спортсмен относится с уважением к тому, что ты делаешь, - тогда все остальное становится легче пережить.
Александра:
Финансовый вопрос тоже никто не отменял. Все расходы - на нас: билеты, проживание, печать, материалы. Никто не спонсирует фан‑движения, мы не коммерческая организация. Поэтому любые выезды - это всегда балансировка между возможностями и желаниями. Мы постоянно считаем бюджеты, думаем, где сократить, чем заменить, как сделать максимально качественно, но при этом не уйти в минус.
***
Что дает фанатство самим болельщикам
При всей сложности этой истории у фанатов есть то, ради чего они продолжают: эмоции, опыт и чувство причастности.
Дарья:
Фигурное катание через призму боления за конкретного спортсмена научило меня ответственности и планированию. Я стала иначе воспринимать время, иначе относиться к работе в команде. И, честно, мне кажется, что это прямое продолжение моего танцевального опыта: где‑то я на паркете, а где‑то - на трибунах, но ощущение сцены и подготовки к ней одинаковое.
Надежда:
Для меня это способ оставаться в спорте, к которому я когда‑то прикоснулась и который продолжает быть важной частью моей жизни. Когда я вижу, как Аделия выходит на лед, я вспоминаю свои детские тренировки, первые шаги на льду, запах катка. И понимаю, что, возможно, именно это ощущение и держит меня в фандоме.
Александра:
Фандом дал мне людей, которых я вряд ли встретила бы в других обстоятельствах. Мы из разных городов, с разными профессиями и планами на жизнь, но у нас есть общий нерв - любовь к фигурному катанию и конкретно к Аделии. И это объединение в одном деле стоит всех потраченных сил.
***
Будущее фандома и надежды, связанные с Аделией
Впереди у Аделии - новые сезоны, старты, сложные и важные решения. Впереди - и новые вызовы для ее болельщиков.
Дарья:
Я мечтаю, чтобы наше движение развивалось не только количественно, но и качественно. Чтобы мы могли делать еще более продуманные акции, придумать что‑то необычное именно для Аделии, создавать атмосферу, в которой ей комфортно выходить на лед. Очень хочется, чтобы через годы можно было оглянуться назад и сказать: мы действительно были рядом с ней на всех поворотах.
Надежда:
Главное - сохранить искренность. Чтобы боление не превратилось в автоматизм и "отработку". Пока я чувствую, что каждый старт Аделии - это маленький праздник, который мы готовим вместе. Хочется, чтобы так оставалось как можно дольше.
Александра:
Я надеюсь, что отношение к фанатским движениям в целом будет меняться. Чтобы люди понимали: за каждым флагом на трибуне стоит конкретная история, конкретные ребята, которые верят в спортсмена. В случае с Аделией мы верим в нее не только как в чемпиона, но и как в человека, который своим трудом и характером вдохновляет нас становиться лучше в своей жизни.
И пока она выходит на лед - у нас всегда будет повод снова и снова собираться, печатать баннеры, планировать выезды и переживать за каждый ее прокат так, будто он первый.