Роднина: депутаты живут за счет государства так же, как и остальные граждане
Советская фигуристка, трёхкратная олимпийская чемпионка в парном катании (1972, 1976, 1980), а сегодня депутат Госдумы от партии «Единая Россия» Ирина Роднина прокомментировала тему депутатских льгот и привилегий. По её словам, народные избранники не находятся в более выгодном положении по отношению к государству, чем рядовые жители страны.
Роднина подчеркнула, что в общественном мнении укоренился стереотип о якобы «особых» возможностях депутатов, однако, по её версии, система устроена иначе. Она заявила, что депутаты «сидят на шее у государства ровно так же, как и остальные россияне», поскольку государство в целом обеспечивает разные категории граждан определёнными мерами поддержки.
Отвечая на вопрос о том, действительно ли у парламентариев слишком много льгот, Роднина привела пример собственного положения. Она отметила, что у неё нет служебного жилья, и пояснила, что такие квартиры предоставляются в основном тем депутатам, которые приезжают работать в Госдуму из других регионов. По её мнению, это нормальная и логичная практика, а не проявление особых преференций.
По словам Родниной, даже те льготы, которые формально предусмотрены, не являются подарком: «Депутаты тоже платят за это, как и все», — заметила она, имея в виду связанные с работой расходы. При этом она акцентировала, что государство в России в принципе выполняет для граждан широкие социальные функции: «Страна занимается всем — от детского сада до университета».
Из этого она сделала вывод, что говорить о какой-то уникальной «сидячей» позиции депутатов на шее у государства неправильно, поскольку «у всего народа есть льготы от России». Роднина напомнила, что различные формы поддержки — от бесплатного школьного образования до субсидий и социальных выплат — в той или иной степени доступны большинству граждан, и это также можно считать нахождением «на содержании» у государства.
Единственной льготой, которую она признала действительно значимой лично для себя, Ирина Роднина назвала служебный автомобиль. По её словам, машина предоставляется не как личный бонус, а как инструмент для исполнения обязанностей депутата. Она объяснила, что представляет в парламенте Московскую область, и добираться до избирателей на общественном транспорте или электричке в её случае «просто нереалистично» с учётом графика и объёма работы.
Роднина отдельно подчеркнула, что служебный автомобиль не используется в личных целях: «Машина даётся не в личное пользование, а для работы». По её словам, все маршруты, поездки и выезды фиксируются и подлежат отчётности, а значит, это не произвольная привилегия, а часть регламентированной системы обеспечения деятельности депутатов.
Она также обратилась к критикам, которые требуют от депутатов полного отказа от льгот. По мнению Родниной, общество должно понимать последствия подобных шагов. Если лишить депутатов ряда инструментов, обеспечивающих их мобильность и оперативность, это неизбежно скажется на сроках и качестве выполнения запросов граждан. «Если люди хотят, чтобы мы отказались от подобных льгот, им придётся перестать предъявлять претензии, что мы выполняем их запросы слишком долго», — заявила она.
Таким образом, позиция Родниной сводится к тому, что льготы для депутатов — это не «бонусы за статус», а рабочие инструменты. Она уверена, что без таких мер организация парламентской деятельности была бы менее эффективной, а доступ к избирателям — более затруднённым.
При этом её слова вписываются в более широкую дискуссию о том, что считать льготой и где проходит граница между необходимым обеспечением должностных обязанностей и избыточными привилегиями. С одной стороны, депутаты действительно получают ряд преимуществ: служебный транспорт, иногда жильё, отдельные компенсации. С другой — Роднина пытается показать, что в социальном государстве, каким официально заявляет себя Россия, многие граждане в той или иной мере зависят от помощи государства.
Заявление о том, что «все сидят на шее у государства», можно трактовать как напоминание: бюджет несёт колоссальные расходы на образование, медицину, социальные программы, пенсии и пособия, а потому нельзя вырывать из контекста только депутатские льготы. Роднина фактически ставит депутатов в один ряд с остальными получателями государственной поддержки, подчеркивая, что парламентская деятельность — тоже часть этой системы.
Отдельного внимания заслуживает тезис о служебном жилье. Вокруг этого вопроса в обществе периодически возникают споры: одни считают, что обеспечить жильём иногородних депутатов — обязанность государства, другие видят в этом излишества. Роднина, говоря, что сама такого жилья не имеет, пытается разбить представление о том, что любой депутат автоматически получает квартиру в столице. Она настаивает на том, что это адресная мера: только для тех, кто действительно переехал из другого региона и не имеет здесь собственного жилья.
Тема прозрачности использования льгот также поднимается в её комментариях. Упоминание о том, что все маршруты служебного автомобиля известны и за них нужно отчитываться, фактически обращено к запросу на общественный контроль. В условиях, когда доверие к институтам власти нередко подвергается сомнению, акцент на отчётности и регламенте — попытка показать, что ресурсы не расходуются бесконтрольно.
В то же время её аргументация показывает, как сами депутаты видят свою роль: они считают предоставленные им льготы платой за интенсивный график, нагрузку и высокую степень публичной ответственности. Роднина подчёркивает, что без транспорта и других рабочих условий ей было бы сложно выполнять поручения избирателей, оперативно реагировать на запросы и присутствовать на мероприятиях в разных точках региона.
Важно и то, что, говоря о льготах для всего народа, Роднина фактически проводит параллель между депутатами и рядовыми гражданами. Она старается уйти от образа «касты неприкасаемых», показывая, что и депутаты в какой-то степени зависят от решений государства, так же как учителя, врачи, студенты или пенсионеры. Такой подход должен сгладить конфронтацию «власть против народа» и перевести разговор в русло обсуждения эффективности всей системы социальной поддержки.
Однако подобная риторика неизбежно вызывает дискуссии: действительно ли можно ставить знак равенства между льготами простых граждан и перечнем преимуществ парламентариев? Противники этой точки зрения укажут на разницу в доходах, уровне влияния и доступе к ресурсам. Сторонники же напомнят, что без определённого набора условий депутатская работа теряет эффективность, а привилегии в таком случае превращаются в элемент профессиональной инфраструктуры.
Слова Родниной иллюстрируют характерный для части политического класса взгляд: вместо обсуждения сокращения льгот делается акцент на их рационализации и объяснении обществу. Логика проста: не ликвидировать все преференции, а показать, зачем они нужны и как используются. Это позволяет одновременно признать существование льгот и попытаться снять напряжение вокруг темы «жизни за счёт государства».
В результате её позицию можно свести к нескольким ключевым тезисам: депутаты не живут в отдельной реальности, а также опираются на государственные ресурсы; льготы есть у значительной части населения; депутатские преимущества, по её мнению, в основном носят служебный характер; отказ от них скажется на скорости и качестве работы с запросами граждан. Именно через такую призму Ирина Роднина предлагает смотреть на вопрос привилегий народных избранников, ставя его в один ряд с общей системой социальной поддержки в стране.